Архив : №19. 15.05.2009

РЕЧНЫЕ ЗАВОДИ

 «Ре­ка По­ту­дань» по рас­ска­зу Ан­д­рея Пла­то­но­ва. Сту­дия те­а­т­раль­но­го ис­кус­ст­ва. Ре­жис­сёр-по­ста­нов­щик: Сер­гей Же­но­вач. Ху­дож­ник: Алек­сандр Бо­ров­ский. Ху­дож­ник по све­ту: Да­мир Ис­ма­ги­лов.

 

 

В по­след­нее вре­мя всё ча­ще те­а­т­ры об­ра­ща­ют­ся к ин­сце­ни­ров­кам про­из­ве­де­ний Ан­д­рея Пла­то­но­ва. По­рой сов­сем не­ло­гич­но это де­ла­ют: возь­мём спек­такль «Ко­ро­ва» ре­жис­сё­ра Дми­т­рия Кры­мо­ва в «Шко­ле дра­ма­ти­че­с­ко­го ис­кус­ст­ва». В этом рас­ска­зе Плато­но­ва и ха­рак­те­ров-то чёт­ко про­ри­со­ван­ных нет – лишь си­лу­э­ты, глав­ное со­дер­жа­ние – чув­ст­во. Но ре­жис­сё­ру Д.Кры­мо­ву уда­лось не толь­ко рас­кра­сить эти си­лу­э­ты в яр­кие пла­то­нов­ские об­ра­зы, но и вол­шеб­ным об­ра­зом пе­ре­дать в не­о­рди­нар­ных фор­мах и ощу­ще­ния, и эмо­ции.

«Ре­ка По­ту­дань» в Сту­дии те­а­т­раль­но­го ис­кус­ст­ва сде­ла­на сов­сем по-дру­го­му. Здесь упор сде­лан на ак­тёр­скую иг­ру. Ре­жис­сёр и ак­тё­ры по­ста­ра­лись из­влечь из тек­с­та Пла­то­но­ва ли­ца, ха­рак­те­ры, судь­бы. Вре­ме­на­ми, од­на­ко, ка­жет­ся, что со­зда­те­ли спек­так­ля не ви­дят то­го, что пе­ред гла­за­ми, и, на­обо­рот, при­вно­сят в про­из­ве­де­ние то, че­го там нет.

Бес­спор­но, не­боль­шой этот рас­сказ Пла­то­но­ва до­воль­но яр­ко пе­ре­да­ёт ат­мо­сфе­ру эпо­хи. По­ста­нов­щи­ки то­же по­ста­ра­лись это сде­лать, но по­лу­чи­лась раз­ве­си­с­тая клюк­ва. Ко­неч­но, спа­си­бо те­а­т­ру – кар­тош­ка в мун­ди­ре, бу­тер­б­ро­ды с са­лом и чай из алю­ми­ни­е­вой по­су­ды здо­ро­во под­креп­ля­ют ус­тав­ших по­сле тру­до­во­го дня зри­те­лей, а ме­ло­дии гар­мош­ки поз­во­ля­ют ско­ро­тать вре­мя пе­ред пред­став­ле­ни­ем, но ка­кое всё это име­ет от­но­ше­ние к тра­ги­че­с­кой прит­че Пла­то­но­ва? По­доб­ные при­ёмы бы­ли уме­ст­ны в кар­на­валь­ном пред­став­ле­нии «Де­сять дней, ко­то­рые по­тряс­ли мир» на Та­ган­ке, а здесь они яв­но сме­ща­ют ак­цен­ты.

Но тон за­дан, и уже не удив­ля­ешь­ся, уви­дев на сце­не (ко­то­рая, соб­ст­вен­но, пред­став­ля­ет со­бой боль­шой ква­д­рат­ный зал, вдоль трёх стен ко­то­ро­го в один ряд си­дят три с по­ло­ви­ной де­сят­ка зри­те­лей) га­ба­рит­но­го му­жи­ка в чи­с­том ко­с­тю­ме (это отец ге­роя, ко­то­ро­го иг­ра­ет Сер­гей Ка­ча­нов) – по Пла­то­но­ву же отец, встре­ча­ю­щий сы­на, «не­боль­шой и то­щий, как маль­чик», в уз­ких, сев­ших от дол­гой но­с­ки и стир­ки под­штан­ни­ках.

Вдоль «рам­пы» взмы­ва­ют ввысь ров­ные ря­ды пер­во­сорт­ных глад­ких до­сок, а на зад­ней сте­не в кир­пи­чах вы­дол­б­лен зиг­заг, оли­це­тво­ря­ю­щий, оче­вид­но, ре­ку, дав­шую на­зва­ние про­из­ве­де­нию.

С са­мо­го на­ча­ла глав­ный ге­рой Ни­ки­та Фир­сов (то­же в но­вой ши­не­ли и бо­тин­ках) ра­до­ст­но улы­ба­ет­ся (у Пла­то­но­ва: «…че­ло­век лет двад­ца­ти пя­ти от ро­ду, со скром­ным, как бы по­сто­ян­но опе­ча­лен­ным ли­цом…»).

Удач­ное по­па­да­ние в роль у Ма­рии Ша­ш­ло­вой – по­лу­чил­ся вы­ра­зи­тель­ный об­раз це­ле­у­с­т­рем­лён­ной, ум­ной, ти­пич­но пла­то­нов­ской де­вуш­ки. Воз­мож­но, ус­пех этой ро­ли свя­зан ещё и с тем, что ис­пол­ни­тель­ни­це не при­хо­дит­ся дек­ла­ми­ро­вать по­ве­ст­во­ва­тель­ную часть (по­ве­ст­во­ва­ние о се­бе в тре­ть­ем ли­це в ин­сце­ни­ров­ках – это ка­кой-то бич со­вре­мен­ных мос­ков­ских те­а­т­ров, вно­ся­щий ко­мизм в се­рь­ёз­ные ве­щи, как, на­при­мер, в «Да­ме с со­бач­кой» в ТЮ­Зе).

По срав­не­нию с рас­ска­зом Пла­то­но­ва спек­такль всё же по­лу­чил­ся раз­ре­жен­ным. Де­ло в том, что этот рас­сказ вы­да­ю­ще­го­ся про­за­и­ка – поч­ти ре­ли­ги­оз­ная прит­ча. Бед­ные, ско­ван­ные убо­гой жиз­нью, как ре­ка По­ту­дань льдом, лю­ди тя­нут­ся к свет­лой жиз­ни: отец хо­тел же­нить­ся на учи­тель­ни­це, но не по­смел, сын же­нил­ся на её до­че­ри, но не за­ла­ди­лось – ибо на­до за­слу­жить, прой­ти че­рез уни­же­ние, ра­бо­ту, раб­ст­во. Всё это опу­ще­но. Здесь бы­ло важ­но по­ка­зать бро­дяж­ни­че­ст­во, уни­же­ние, по­дён­ную ра­бо­ту Ни­ки­ты – но не по­ка­за­но. Рез­ной шкаф у учи­тель­ни­цы-вдо­вы, и та­кой же шкаф вы­ре­за­ет отец для мо­ло­дых – это ме­та­фо­ра по­ря­доч­ной жиз­ни. В спек­так­ле же она пре­об­ра­зи­лась в обыч­ный до­ща­тый шкаф (а ведь в фойе сту­дии сто­ит имен­но та­кой сер­вант, ка­кой ну­жен), ко­то­рый стал ме­бе­лью для все­го, преж­де все­го для люб­ви, и всё при­об­ре­ло ба­наль­ный от­те­нок.

В ре­зуль­та­те со­зда­лось впе­чат­ле­ние, что глав­ная за­да­ча спек­так­ля бы­ла учеб­ная: как «пре­одо­леть» про­зу Пла­то­но­ва и всё же по­ка­зать во пло­ти его ге­ро­ев, их судь­бы. Пре­одо­леть Пла­то­но­ва уда­лось.

Ильдар САФУАНОВ