НОВОСТИ

  • 14/04/2017
    Вышел восьмой номер альманаха «ГЛАГОЛЪ»

    Несомненно, лидером русской заграничной периодики был и остается Париж. Сколько всего там выпускалось разных наименований русскоязычных изданий, наверное, невозможно даже и подсчитать! И вот уже без малого десятилетие в столице Русского зарубежья выходит новое издание – альманах «Глаголъ».

  • 12/04/2017
    Неопубликованная повесть Фёдора СУХОВА

    14 марта Сухову Фёдору Григорьевичу – русскому поэту, фронтовику исполнилось бы 95 лет. Фёдор Григорьевич ушёл из жизни 25 лет назад, но до последнего своего часа он работал над новой повестью, в которой ему хотелось вспомнить своих родных – дедушку, бабушку, мать, отца, их нелёгкий быт, простые праздники, подчиненные религиозным и языческим обрядам, прекрасный русский язык, отразившийся в песнях, частушках, пословицах, да и в речи родных и близких ему людей, жителей родного села Красного Осёлка.

  • 06/04/2017
    СУЩЕСТВУЮТ ЛИ ДЛЯ МОСКОВСКОЙ ВЛАСТИ ПРАВДА И СПРАВЕДЛИВОСТЬ?

    Пока Общероссийский народный фронт внимает президенту Владимиру Путину на медиафоруме «Правда и справедливость», московская власть продолжает всё делать для дискредитации нашего национального лидера и упорно пытается одно из старейших литературных изданий выгнать за острые критические статьи на улицу.

  • 06/04/2017
    ПРОЩАНИЕ С БОЛЬШИМ ПОЭТОМ

    Не стало Евгения Евтушенко. В последние годы поэт отчаянно защищал нашу газету от произвола московских чиновников.

  • 06/04/2017
    ПРАВОСУДИЕ ПО-МЕЩАНСКИ

    Для судьи Мещанского районного суда Морозова все газеты на одно лицо.

  • 31/03/2017
    ГОДОВЩИНА ГОНЕНИЙ НА «ЛР»

    Совсем скоро исполняется ровно год с того момента, как московская власть открыто решила выгнать "Литературную Россию" на улицу. Всё это время сотрудники редакции испытывали психологическое давление и пыталась достучаться до чиновников. Но ситуация по-прежнему критическая.

  • 27/03/2017
    ПЕРВЫЙ В ЭТОМ ГОДУ "МИР СЕВЕРА"

    Читайте в № 1 "Мира Севера" за 2017 год:

  • 25/03/2017
    ПОЭТИЧЕСКАЯ СИБИРЬ: ОТ СЛЭМА ДО МАРТАФОНА

    В честь международного Дня поэзии, отмечаемого по инициативе ЮНЕСКО 21 марта, в Новосибирске прошло два крупных литсобытия: круглосуточный поэтический марафон «Не спи, поэт!» и Всесибирский командный поэтический турнир «СлэмСиб».

  • 24/03/2017
    Где посмотреть "ТЕРРИТОРИЮ КУВАЕВА"

    У желающих ещё есть возможность посмотреть замечательный документальный фильм "Территория Куваева" Светланы Быченко.

  • 13/03/2017
    Презентация новой книги Ивана Гобзева в МДК

    13 марта в Московском Доме Книги на Новом Арбате талантливый писатель, наш постоянный автор Иван Гобзев представил свою новую книгу «Глубокое синее небо», которую выпустила «Литературная Россия».

Архив: №12. 3 апреля 2015 Назад

РУССКИЙ ЯЗЫК КАК СТОЛП И ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

«Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины, – ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!» – писал в хрестоматийно известном стихотворении в прозе И.С. Тургенев.


Весьма значимо в этом безоглядно страстном признании в любви к русскому языку и то, что оно написано человеком, большую часть жизни прожившим за границей, придерживавшимся преимущественно западнических настроений.

 

В наше время (без преувеличения) сотни тысяч людей разных этносов и вероисповеданий, воспринимавших русский язык родным с детства и сменивших страну проживания, находясь вдали от России, в преклонных годах начинают что-то сочинять по-русски – прозу, стихи или воспоминания. Конечно, в подавляющем большинстве случаев между этакими «творениями» и Тургеневым – непреодолимая пропасть. Но тут важно другое – едва ли те же самые люди начали бы писать, находясь собственно в пространстве укоренённого русского языка. В данном случае русский язык – это буквально – то «большое, что видится на расстоянии», что часто помимо воли человека становится неодолимым магнитом, воздействующим на него.

Между прочим, за выходцами из США, Англии или Франции, переехавшими в иноязычные страны, такой повальной тяги к писанию на родных языках не отмечается.

Русский язык же, в отличие от других, прежде всего отождествляется с языком великой литературы, которая за последние двести лет бурного своего развития вывела разговорный русский на беспрецедентный уровень многослойности, когда одни и те же предметы, явления, действия или признаки передаются через десятки разных оттеночных слов-синонимов, совершенно отличных по звучанию. А во многом отсюда в русском языке, на первый взгляд, невероятный потенциал сочетаний слов и конструкций, сверхгибкость внутриязыкового взаимодействия и поистине безграничные возможности для систематического возникновения неповторимых по своей индивидуальности конструкций.

Для примера: если для современного иврита, в известной мере базирующегося на великом языке древности, ныне характерно обозначение совершенно различных понятий словами, совпадающими по звучанию, то современному русскому языку наоборот присуще обозначение одного понятия множеством совершенно разных слов с порой трудноуловимыми даже для коренных и весьма продвинутых носителей оттенками смысла.

Не случайно ещё Проспер Мериме провидчески точно подметил: «Русский язык, насколько я могу судить о нём, является богатейшим из всех европейских наречий и кажется нарочно созданным для выражения тончайших оттенков. Одарённый чудесной сжатостью, соединённый с ясностью, он довольствуется одним словом для передачи мысли, когда другому языку потребовались бы для этого целые фразы».

Выросшие в столь насыщенной русской языковой энергетике даже после десятилетий, минувших вслед за перемещением в иную языковую среду, продолжают думать на русском языке. Даже в том случае, если научатся свободно общаться и читать на языке вновь обретённом, который первичному носителю русского, как правило, даётся труднее, чем с детства говорившему на любом другом европейском языке как родном.

Потому что маховик литературного русского языка, приведённый в едва ли не сверхъестественное скоростное движение в первой четверти ХIX века с «лёгкой руки» гения Пушкина, в ХХ столетии в силу динамики общественных событий на территории Российской империи и СССР стал маховиком повсеместного развития русского языка в широком смысле. Современный русский язык способен «пробирать» своего носителя до глубины позвоночника, проникать в самый кровоток рождённого с этим языком.

Русский язык, между прочим, может кратко, но сущностно выразить самое сложное обобщение современной западной философии. Достоевский писал: «Существует один знаменательный факт: мы на нашем ещё неустроенном и молодом языке можем передавать глубочайшие формы духа и мысли европейских языков». Теперь же русский язык к тому же, можно сказать, переживает пору зрелости и осознания себя.

Нравится кому-то или не нравится, но универсализм и особенная гибкость русского языка, бурное становление его самодостаточности парадоксально влияет на взаимодействие Русского мира с цивилизацией, особенно западноевропейской. Любой-то язык не сменишь, как перчатки. А от русского языка так вообще отвыкнуть невозможно. Он и помимо желания пожизненно остаётся в глубинах сознания изначальных носителей.

Так возникает пространство неповторимого языка, на котором думают, говорят и пишут миллионы людей. И эта объединённая языком энергия миллионов наводит целые группы на размышления об особенной общности пути для его носителей. Не потому ли России XXI века присущи размышления о Русской идее в соловьёвско-бердяевско-ильинском понимании и тяготение к политическому консерватизму? А это означает и особую, языковую, ответственность генерирующих слова, ибо в начале Слово бывает всегда, и это неотменимо.

Русский мир – реально и в первую голову «Москва – центричен». Это отчётливо понимаешь, относительно надолго оказавшись за пределами России. Там, где живут и говорящие по-русски, которые (независимо от национальной принадлежности и воззрений) поголовно сверяют свои словесные опыты со словом из Москвы и именно в Москве мечтают хоть раз быть напечатанными.

Когда-то Пушкин – создатель нашего литературного языка, опиравшийся на язык общенародный своего времени, советовал обратить особое внимание на говор «московских просвирен». А в XX веке литературный язык переплавился в то уникальное богатство, о котором здесь речь. И как раз именно в Москве это богатство приумножали, эту бесценную глыбу оттачивали не только русские, но и разнонациональная интеллигенция, в том числе с еврейскими, белорусскими, украинскими, татарскими корнями…

И удивительно, когда в соседней восточнославянской стране власть не понимает, что отторжение от «великого и могучего» – тормоз (а то и орудие самоубийства) для собственного языка, пока что не достигшего исторического совершеннолетия.


Евгений БЕНЬ


Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий