статьи
  • статьи
  • новости

НОВОСТИ

  • 19/10/2017
    Начни свой день со свежей прессы!

    Самое время оформить подписку на "Литуратурную Россию" на 2018 год. Сделать это можно несколькими способами:

  • 18/10/2017
    Читайте в следующем номере «ЛР» (№ 36, 2017)

    – За что арестовали трёх ключевых сотрудников Роскомнадзора?

    – До каких пор "Единая Россия" будет терпеть отвратительное двуличие депутата Железняка?

    – Как публикации "ЛР" повлияли на работу "Почты России", Фонда обязательного медицинского страхования и Департамента транспорта Москвы.

    – Как остановить движение страны в сторону социально безответственного государства?

    – Перекличка путинских и брежневских методов управления государством. В чём плюсы, и какие опасности подстерегают нашего президента?

  • 12/10/2017
    Лауреатом премии «Ясная Поляна» стал Андрей Рубанов

    Сегодня вечером в Бетховенском зале Большого театра состоялось торжественное вручение литературной премии «Ясная Поляна» за 2017 год в трёх номинациях – «Современная русская проза», «Иностранная литература» и (впервые в этом году) «Событие».

  • 11/10/2017
    Читайте в ближайшем номере «Литературной России»

    – Неизвестные ранее материалы, связанные с первой публикацией романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» 50 лет назад в журнале «Москва».

    – Кто может сменить Владимира Мединского на посту министра культуры России.

    – Кто и почему выставил фальшивые документы о Ленине в выставочных залах Росархива, и сойдёт ли эта провокация с рук руководителю ведомства Андрею Артизову.

    – Есть ли будущее у литературной периодики в России или одни издания дотянут до завтра, а другие умрут послезавтра?

    – Чей последний роман сильнее – нобелевского лауреата 2017 Кадзуо Исигуро или лауреата премии «Ясная Поляна» Марио Варгаса Льоса?

  • 07/10/2017
    Людская жадность не знает границ

    Не так давно в Греции на острове Корфу прошла международная конференция, посвящённая великому русскому флотоводцу Фёдору Ушакову. От Союза писателей России в этом важном мероприятии участвовали автор неоднократно переиздававшейся в серии «ЖЗЛ» книги об Ушакове Валерий Ганичев, который совсем недавно отпраздновал своё 84-летие, его дочь Марина Ганичева и сопредседатель Союза писателей Сергей Котькало (правда, что этот чиновник написал, никто не знает, как никто не знает и что он сделал в деле изучения и прославления Фёдора Ушакова).

  • 07/10/2017
    Скончалась супруга классика советской литературы
    Завершив все свои земные дела, 2 октября 2017 г., на 98-м году жизни, скончалась Людмила Владимировна Крутикова-Абрамова.
  • 06/10/2017
    На всероссийском журналистском конкурсе «Многоликая Россия» лауреатом от Москвы стал литературный журнал «Этажи»

    Конкурс организован Республиканским агентством по печати и массовым коммуникациям «Татмедиа» (Казань) и его целью является формирование интереса к культуре и искусству различных народов, проживающих на территории Российской Федерации и за её пределами.

  • 05/10/2017
    Министра Мединского начали покидать ближайшие сподвижники

    Вчера пост Председателя Общественного совета при Минкульте России покинул один из ближайших сподвижников Владимира Мединского – Павел Пожигайло. Формально поводом стало несогласие чиновника с выдачей прокатного удостоверения скандальному фильму Алексея Учителя «Матильда».

  • Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год
    04/10/2017
    Вышел 4-й номер "Мира Севера" за 2017 год

    Читайте в свежем номере:

  • 26/09/2017
    Критика писателя Минина повлияла на отставку губернатора Меркушкина?

    Владимир Путин уволил Николая Меркушкина с должности губернатора Самарской области по его собственному желанию. Врио руководителя региона назначен бывший мэр Самары, сенатор Дмитрий Азаров, сообщает пресс-служба Кремля.

Архив: №34. 6 октября 2017 Назад

Я СЛЫШУ ГЛУБИННЫЕ ЗОВЫ

До настоящего времени на обширной литературной карте ГУЛАГа ярко выделялись три значительных топоса: Ленинград, который в 1930-е годы «ненужным привеском болтался возле тюрем своих» («Реквием» Анны Ахматовой), леденящая душу Колыма Варлама Шаламова («Колымские рассказы»), беспощадные Соловки (воспоминания Дмитрия Лихачёва, повесть Бориса Ширяева «Неугасимая лампада», роман Захара Прилепина «Обитель»). С публикацией «Сибирского сидения» Виктора Бокова в литературу вошёл новый зловещий топос, сибирский.


Нарым сибирского топоса в поэме Валерия Доманского «Нарым» – символ жестокости, насилия, бесчеловечности. Его устрашающее название усилено звукописью: Нарым – нарыв – рыщут – обрыв. У каждого автора своё видение пережитого ада, своё осознание его. Лирическая героиня Ахматовой, ленинградка, разделяет горе тысяч подруг, жён, матерей, проводивших дорогого человека на муки («Ты сын и ужас мой...»). Она воет, «как стрелецкие жёнки», каменеет, как мать распятого Иисуса, и видит смысл будущего в сбережении памяти и скорби. Повествователь в цикле Шаламова передаёт мученический опыт интеллигента, свидетеля распада человечности в нечеловеческих условиях существования. У Ширяева главное – народная психология, потаённая святая вера на краю гибели. У Бокова – торжество человеческого духа, правды и исторической справедливости над «дряхлым стариком Произволом».

15 cover Samotsvetnye makovki

В поэме Валерия Доманского «Нарым» ад времён сталинских репрессий раскрыт через судьбу большого русского поэта Николая Клюева: арест за стихи, ставшие диссонансом к громкой музыке строительства социализма; ссылка в Сибирь, в Нарым; затем три года тяжелейшего существования в Томске поэта, выброшенного из жизни, растоптанного унижением, голодом и холодом. Жизненный круг его завершился в страшном Каштачном рву, где был приведён к исполнению расстрельный приговор тройки.

Автор поэмы от лица своего героя воссоздаёт многоликое, всесильное Зло: равнодушие, безжалостность, чёрствость кэгэбистов, «пропахших водкой», «чумные тройки», выносящие тайно, без суда и следствия смертный приговор, и окружение – «голь кабацкая», те, что за слово «невзначай зарежут». В этом расчеловеченном мире людей уже нет, лишь тени, свора псов голодных, циклопы, супостаты, комья грязи. Бесконечен в поэме ряд негативных образов, создающих тягостную атмосферу: смрад, чернота, нечистоты, вонь, пустота, тлен, мрачная бездна, обоз смерти и завершающие его, грозные – неотступная старуха-смерть и царство Аида – смертный Каштачный ров. Включённые в поэму гротескные сны-видения не приносят поэту облегчения, напротив, усугубляют горечь существования, напоминая о близости конца.

Сквозной образ поэмы – холод – воспринимается и как буквальный, физический («хлад осенний пронзал до костей»; «давно замерзаю, на улице – под пятьдесят»), и как метафорический: как постоянное ощущение одиночества, беззащитности в мире, враждебном человеку. Пронзительный, нескончаемый холод заставляет вспомнить бессмертные страницы гоголевской «Шинели», где этот мотив также переходит из физического мира в нравственное пространство, а Петербург ощущается Акакием Акакиевичем как город, продуваемый ветрами всегда «со всех четырёх сторон»... Варлам Шаламов, летописец северных лагерей, познавший убийственную силу колымских морозов, считал холод главным средством растления души.

Над всеми образами Аида как символа униженной Поэзии, обвинения Злу возвышается образ Поэта, просящего на мосту милостыню. Образ обобщённый, многозначный, но имеющий сегодня и реальное подтверждение – например, в воспоминаниях дочери философа Германа Шпета. Живым делает этот образ голос, который автор даёт возможность услышать в подлинных строках писем, стихов Н.Клюева, в главках-молитвах, в плачах («Где больному приютиться? Где найти тепло, очаг? Скоро чёрная возница повезёт меня в овраг»).

Доманский художественно воссоздал страдальческую жизнь великого русского поэта Николая Клюева, на долгие годы вычеркнутого из литературы. Но смысл поэмы «Нарым» гораздо шире одной человеческой судьбы. Произведение интертекстуально, его культурное пространство раздвигается античными, библейскими, историческими, литературными образами, которыми полнится поэтический мир автора. Ссылка Клюева в Сибирь, перемещение на подводе к месту расстрела напоминает Харонов перевоз через Лету, мытарства поэта схожи с испытаниями несгибаемого Аввакума (с его плачем перекликается и плач-письмо Клюева из тюремной больницы), гибельный Каштачный ров вызывает ассоциации с Бабьим Яром. Поминальные свечи в окнах Томска, мотив неумирающей памяти соотносится с финалом «Реквиема» Ахматовой: «Опять поминальный приблизился час, /Я вижу, я слышу, я чувствую вас...». Трагизм одной конкретной судьбы входит в историю русского мученичества, сливается с трагизмом человеческой жизни.

 

Ирина ТОЛСТУХИНА

 

г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ


Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий

     

Комментарии  

# Изергиль Старухин 11.10.2017 23:30
По какой статье автор зону топтал?
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Guest 12.10.2017 20:15
По совокупности...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Изергиль Старухин 13.10.2017 03:35
Рецидивист гонорис кауза
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Изергиль Старухин 07.10.2017 02:10
Топос в литературе - это т.н. "общее место". И как там, девушка санкт-петербургская, философа величают?
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Гюрза 07.10.2017 20:20
Возможно, автор Толстухина имела в виду "топос как тип категории". Еще есть значение "аргумент".
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать