статьи
  • статьи
  • новости

НОВОСТИ

  • 14/09/2017
    Пойдёт ли на пользу дагестанской литературе всевластье клана Ахмедовых?

    По мнению поэта, литературного критика и публициста Миясат Муслимовой, захваченный кланом Ахмедовых "Союз писателей Дагестана со своими установками советских лет сегодня стал опасен... Деятельность этого союза преступна, потому что он раскалывает творческие силы, сеет вражду, потому что он ведёт политику культурного геноцида, потому что он обворовывает дагестанский народ, утаивая достижения культуры и заменяя их произведениями послушных, удобных и серых авторов. И власть республики поддерживает эту политику..."

  • 07/09/2017
    На Можайском полиграфкомбинате прописались то ли хитрые мошенники, то ли наглые лгуны

    Как известно, Можайский полиграфический комбинат в последнее время сильно лихорадит. Обострились все процессы после заключения руководителя этой организации Евгения Фельдмана под домашний арест. Комбинат перестал выполнять перед заказчиками свои обязательства.

  • С 6 по 11 cентября в 75-м павильоне ВДНХ пройдёт 30-я Московская международная книжная выставка-ярмарка
    04/09/2017
    С 6 по 11 cентября в 75-м павильоне ВДНХ пройдёт 30-я Московская международная книжная выставка-ярмарка

    Этот год для ярмарки особенный. ММКВЯ отмечает двойной юбилей: сорокалетие с момента проведения первой выставки и тридцатую по счету книжную ярмарку. Стенд "Литературной России" ищите в "Зоне СМИ", зал "C".

  • 27/08/2017
    "Литературная Россия" поучаствовала в московском фестивале прессы

    В субботу 26 августа в Москве на Поклонной горе прошёл юбилейный 15-й Московский фестиваль прессы. В этот раз в празднике поучаствовала и наша газета.

  • 22/08/2017
    Продлён конкурс "Расскажу о своём народе"

    В рамках проекта «Мы – один мир» мы несколько месяцев проводили конкурс «Расскажу о своём народе». Эта акция вызвала огромный интерес в нашей многонациональной стране. Статьи, рассказы, очерки, стихотворения продолжают поступать на редакционную почту. Поэтому мы решили продлить его до конца 2017 года.

  • 17/08/2017
    Если префекты в Москве воры, то почему мэр Собянин не инициирует их отставки и аресты?

    14 августа в «Новой газете» появился странный материал Юлии Латыниной в защиту мэра Москвы Собянина. Странно не то, что известная писательница и правозащитница так горячо взялась отстаивать московского градоначальника. Это её полное право, и не надо бросаться обвинениями, что, мол, Латынина кому-то продалась или срочно из-за каких-то благ переметнулась в другой лагерь. 

  • Скончался поэт Андрей Тарханов
    14/08/2017
    Скончался поэт Андрей Тарханов

    14 августа 2017 г после продолжительной болезни, скончался классик российской литературы Андрей Семёнович Тарханов.

  • ЗА ПРАВО ДЫШАТЬ!
    14/08/2017
    ЗА ПРАВО ДЫШАТЬ!

    В поддержку первого общего дальневосточного митинга «За право дышать!» вышли 12 августа на площадь Красных Партизан горожане Находки, проявив солидарность с жителями Славянки, Советской Гавани, порта Ванино.

  • 14/08/2017
    ТРИ СОБЫТИЯ В ОДИН ДЕНЬ

    Каждый день происходит много событий, особенно в сакральном 2017-м. Паводки, наводнения, землетрясения, аномальная жара, автокатастрофы с обилием трупов, пожары, теракты ... Но ЗНАКОВЫХ для России 10 августа 2017 г. случилось три.

  • 11/08/2017
    ЯРОСЛАВСКАЯ ЛИТЕРАТУРА В ОПАСНОСТИ: Чиновничий беспредел

    Вбит ещё один гвоздь в крышку гроба ярославской литературы. Вбит уверенно, цинично, нагло, со знанием дела.

Архив: №38. 30 октября 2015 Назад

СКАЗКИ, ТРИПЫ, МИЯДЗАКИ

Главная проблема литературы в России – нет, не по Захару Маю: не в читателе – проблема в отсутствии хорошего новеллиста, рассказчика. Нет у нас такого человека, который бы в сжатом до предела тексте уместил бы целую вселенную, как Чехов. Нет и грозного новеллиста-сатирика класса Зощенко.


18Отсутствие новеллиста лишний раз показывают антологии рассказов, выпускаемые ведущими издательствами за последние годы: «Русские дети» (СПб.: Азбука-Аттикус), «Очарованный остров. Новые сказки об Италии» (М.: Corpus), «Десятка» (М.: AdMarginem) и т.д. Есть отдельные рассказы, но нет цельного новеллиста.

Или недавний пример – литературный номер журнала «Esquire»: четыре отличных рассказа (Рубанов, Старобинец, Носов и Драгунский) и полный провал остальных писателей.

Некоторые критики отчего-то называют лучшим рассказчиком нашего времени Дениса Драгунского – за что? За редкие удачи? Никто не отрицает его таланта, его природного гения, но этот талант и этот гений так глубоко скрыты под ехидностью, сарказмом, иронией и тонной микропрозы, что разглядеть их бывает крайне трудно.

Есть отдельно взятые удачи у молодых и у без пяти минут классиков. Есть, собственно, генералы от литературы, но без новеллистки. Есть писатели, которые могут всё: и романы, и рассказы, и стихами балуются – но это отдельный разговор.

Нет на горизонте новеллиста… Разве что Вадим Левенталь.

Казалось бы, его можно отнести к третьей категории – к тем, кто на все руки мастер. Ведь его первая книга – роман «Маша Регина», который снискал себе уважение коллег и критиков. Но появилась вторая книга – «Комната страха» (сборник рассказов), которая сразу попала в обзоры, получила пару невнятных рецензий, о ней писатель говорил в нескольких интервью – и всё как будто в пустоту: никакой конкретики, никакого цельного высказывания.

Постараемся исправить это положение.

Отчего у него получается такая проза, что Лев Данилкин, не скупясь на эпитеты, чуть ли не в стихах выводит: «У Левенталя слух зрелого поэта, лёгкие молотобойца и ум молодого математика». Нам далеко до поэтического мировосприятия Данилкина, но всё-таки и мы попробуем разобраться с «Комнатой страха».

Вадим Левенталь интересен не только сюжетными линиями своих рассказов, не только затрагиваемыми темами, но и с технической стороны, о которой вспоминаешь и которой любуешься, уже закрыв книгу и осмысливая прочитанное.

Может быть, всё дело в писательской политике? Те, кто стремится напечатать только что созданный материал, грешат недосмотром, могут проглядеть какие-то нелепости. А те, кто наоборот долгое время собираются с мыслями, готовят материал, выверяют каждое слово, – имеют большие шансы сделать добротную книгу.

Или – другой вариант – просто сказывается опыт работы Левенталя редактором.

Все рассказы в книге строятся по одному принципу: писатель берёт типичный для какого-то поджанра сюжет и пытается вывернуть его наизнанку. Готическая новелла оказывается сказкой. Рассказ, грозящий перейти в женский роман, оборачивается трешем. Идиллическое повествование о жизни советского ребёнка, которое мог бы написать, например, Вениамин Каверин, переходит сначала в страшную байку, которую рассказывают в пионерском лагере, потом – в современное фентези – и обратно к идиллическому повествованию.

Все эти метаморфозы завораживают. Переходы искусно спрятаны под живую плоть текста, поэтому, когда они происходят, возникает ощущение чуда, а не открытого перелома.

Важная особенность прозы Вадима Левенталя – полное отсутствие автобиографизма или очень тонкое его сокрытие. Когда молодые авторы берутся за прозу, стараются описывать свой опыт. Но, чтобы это было художественной литературой, надо быть и жить как Эдуард Лимонов или Андрей Рубанов. Иначе провал. Левенталь же полностью остранён от собственного «я» и от личных переживаний. Или умело маскирует всё это. Так или иначе, но проза его стоит особняком от иной современной литературы.

О каждом рассказе можно написать отдельную статью, но для этого необходимо обращаться к толстожурнальнай критике. Пока ограничимся небольшим обзором самого важного и самого заметного.

«Лапа Бога» – рассказ, открывающий сборник, начинается в духе прозы XIX века, плавно переходит в житие чудотворца, немного замаскированное, а потом и вовсе в детскую страшилку про юродивого, где всё нелогично, нелинейно, но «так надо».»Carmen Flandriae» – рассказ, который строго необходимо анимировать (умолчав пару сексуальных сцен): начинается как готическая новелла, вбирает в себя житие католического святого и оборачивается обычной сказкой. «Холм Яникул» – неожиданно сентиментальное путешествие в Рим, обрастающее вторым планом, благодаря философским размышлениям главного героя – океанолога. «Изгнание императора» – изначально дуалистичный мир, в котором обе истории переплетаются воедино и одновременно же разрешаются.

«Станция Крайняя» – казалось бы, типичныйнаркотрип, который переживает главная героиня.
В изменённом состоянии сознания она постоянно мучается вопросом: убила она со своей подругой человека или нет? Что произошло несколькими минутами раннее? Как мы сюда попали? Левенталь мастерски описывает это состояние.

У него в руках было всё, чтобы сделать пошлый рассказ. Среди употребляющих людей ходит шутка: каждый, впервые попробовавший какой-либо наркотик,стремится описать свой трип. Но чаще всего выходит ерунда. И поначалу создавалось ощущение, что «Станция Крайняя» – это результат употребления. Или прочтения битников и поздних контркультурных литературных отщепенцев. Ещё этот Амстердам – город-сказка для кислотных детей. Но Левенталь каким-то чудом умудряется сделать из такой второсортной темы отличный рассказ.

Во-первых, в типичных наркотрипах описываются маргиналы. В рассказе «Станция Крайняя» на первом плане две образованных девушки и далеко не «конченные» парни, употребляющие экстези и грибы. Во-вторых, у Левенталя вышел необычный финал. Как должен был закончиться типичный наркотрип? В притоне, в подворотне, в глубоком сне. А здесь автор провёл героиню через все эти локации, хотел поселить её в голландском сквоте, но в итоге вывел на улицу и растворил в городе. Так получился открытый финал: мы не знаем, что случилось с девушкой, мы можем только догадываться. Добралась ли она домой? Неважно. Трип закончен. Что ещё удивляет: финал рассказа оказывается туманным, а не само психоделическое путешествие. Хотя должно бы быть наоборот.

«Доля ангелов» – небольшая повесть, закрывающая книгу, выделяется на общем фоне неожиданно серьёзным тоном. А как по-другому, когда речь идёт о блокадном Ленинграде? Для петербуржцев это особая тема. И каждый уважающий себя писатель стремится с ней поработать. Вспоминается Герман Садулаев с рассказом «Блокада», вспоминаются отрывки прозы Андрея Аствацатурова.

Левенталь написал «Долю ангелов» в 2008 году, но такое ощущение, что повесть появилась недавно: в ней встречаются вопросы, муссируемые телевидением – стоило ли удерживать Ленинград или проще было сдать его немцам? Насколько неадекватным было поведение представителей официальной власти? И так далее.

Вопросы эти появлялись, видимо, и во время блокады, и после войны, и на рубеже 1980-1990-х с приходом гласности, и сегодня, благодаря телеканалу «Дождь». Левенталь собрал все эти вопросы по разным источникам, добавил мифы о блокаде и, наверное, семейную историю (повесть посвящена его родным), мастерски написал.

В современной прозе это, пожалуй, один из лучших текстов на эту болезненную и травматичную тему.

В книге есть сквозные герои, путешествующие из рассказа в рассказ, – это величественный и мистический Санкт-Петербург и безымянная старуха, сбежавшая то ли из «Преступления и наказания» Достоевского, то ли из «Ходячего замка» Хаяо Миядзаки. Именно из аниме Миядзаки, а не романа Дианы Уинн Джонс – потому что внешний облик в интерпретации японского режиссёра больше соответствует персонажу Левенталя. Особенно в рассказе ««Ча-ща» пиши с буквой кровь».

Единственное, что удивляет в книге, – её название. Когда берёшь в руки «Комнату страха», ожидаешь появления русского Эдгара По или продолжателя линий Николая Гоголя и Алексея Толстого. На деле читатель видит десяток крепких рассказов и одну добротную повесть – все тексты далеко не страшные, не пугающие, не наводящие холодок во время чтения. Очень разные, но имеющие одну общую особенность – гипнотически завораживать.

Такой эффект получается благодаря лаконичному слогу писателя и продуманным, постоянно сменяющимся сюжетным ходам. Пока внимание читателя пытается удержаться на волнах развития сюжета, под водой текста вершится главное.

И, кажется, Левенталь, если будет продолжать, через некоторое время и n-ое количество успехов займёт лидирующие позиции не только среди новеллистов (что у него получается лучше всего; где он уже сегодня может быть первым, не смотря на то, что это его первый сборник рассказов), но и среди современных русских прозаиков в принципе.

Олег ДЕМИДОВ

 


Вадим Левенталь «Комната страха». – АСТ: «Редакция Елены Шубиной», 2015.

 


Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий

     

Комментарии  

# Ирина Яковлевна Горпенко 07.11.2015 08:05
Я благодарна автору за столь мощный ассоциативный ряд и грусть по отсутствующему лирику-новеллисту... Я этого мечтателя из "Белых ночей" Достоевского и "Дамы с собачкой" Чехова знаю... Артист, писатель, экскурсовод, который с 2013 года издал три книги за свой счёт, зарабатывая экскурсионной деятельностью... 34-летний волшебник, рассказчик, мечтатель... Он голодает, ютится на сдаваемых койках, проводит блестящие экскурсии, но главное - пишет... Первая книга - "Жизнь после мечты" (пьеса и киносценарии) вышла в 2013. Вторая - "Жизнь и мечта" (пьесы и рассказы) вышла в 2014. Третья - "Пьеса о Жене" появилась в конце октября 2015 года. А 1 ноября в Толстовском центре на улице Пятницкая в доме 12 состоялась презентация пьесы... Да, это случилось в трагические дни траура, но никто и ничем не был обманут или оскорблён... Музыка, текст, музыка... Новеллы-сказки Алексея Беклемышева вошли в русскую грустную жизнь нежно и печально, но навсегда...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Садовский 30.10.2015 15:30
Олег Демидов и Вадим Левенталь - не только родственники, но и единомышленники.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать