статьи
  • статьи
  • новости

НОВОСТИ

  • 16/11/2017
    ЗАХАР ПРИЛЕПИН ПРОВЕДЁТ ПИСАТЕЛЬСКИЙ МАСТЕР-КЛАСС

    В декабре литературную Москву ожидает не совсем стандартное событие: Московское отделение Союза писателей России пригласило провести мастер-класс самого Захара Прилепина.

  • 02/11/2017
    Редкий дар благодарности

    31 октября в Саранске состоялся вечер памяти писателя Анны Смородиной.

  • 01/11/2017
    Читайте в текущем номере газеты «Литературная Россия»

    - Книги каких писателей об Октябрьских событиях 1917 года не помешало бы сегодня перечитать?

    - Что начитал за последнее время экс-ректор Литературного института Сергей Есин?

    - Что сегодня происходит на родине основателей царской династии Романовых в Костроме?

    Среди авторов этого номера "ЛР" прозаик Роман Сенчин, поэт Алина Витухновская, историк литературы Александр Курилов и др. литераторы и художники.

  • 31/10/2017
    Начни свой день со свежей прессы!

    Самое время оформить подписку на "Литуратурную Россию" на 2018 год. Сделать это можно несколькими способами:

  • 24/10/2017
    Читайте на этой неделе в «ЛР»

    В текущем номере еженедельника «Литературная Россия» можно будет прочесть:

    - Кто из министров является главным позором нынешнего российского правительства?

    - Ловкость рук и никакого мошенничества, или Ещё раз о виртуозном искусстве политических иллюзионистов;

    - Что за новый роман сочинил культовый писатель Алексей Иванов;

    - В местах обещанных свобод неслыханная деспотия;

    - Дорога в тупик, или Сергей Собянин – цивилизатор...

  • 18/10/2017
    Читайте в следующем номере «ЛР» (№ 36, 2017)

    – За что арестовали трёх ключевых сотрудников Роскомнадзора?

    – До каких пор "Единая Россия" будет терпеть отвратительное двуличие депутата Железняка?

    – Как публикации "ЛР" повлияли на работу "Почты России", Фонда обязательного медицинского страхования и Департамента транспорта Москвы.

    – Как остановить движение страны в сторону социально безответственного государства?

    – Перекличка путинских и брежневских методов управления государством. В чём плюсы, и какие опасности подстерегают нашего президента?

  • 12/10/2017
    Лауреатом премии «Ясная Поляна» стал Андрей Рубанов

    Сегодня вечером в Бетховенском зале Большого театра состоялось торжественное вручение литературной премии «Ясная Поляна» за 2017 год в трёх номинациях – «Современная русская проза», «Иностранная литература» и (впервые в этом году) «Событие».

  • 11/10/2017
    Читайте в ближайшем номере «Литературной России»

    – Неизвестные ранее материалы, связанные с первой публикацией романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» 50 лет назад в журнале «Москва».

    – Кто может сменить Владимира Мединского на посту министра культуры России.

    – Кто и почему выставил фальшивые документы о Ленине в выставочных залах Росархива, и сойдёт ли эта провокация с рук руководителю ведомства Андрею Артизову.

    – Есть ли будущее у литературной периодики в России или одни издания дотянут до завтра, а другие умрут послезавтра?

    – Чей последний роман сильнее – нобелевского лауреата 2017 Кадзуо Исигуро или лауреата премии «Ясная Поляна» Марио Варгаса Льоса?

  • 07/10/2017
    Людская жадность не знает границ

    Не так давно в Греции на острове Корфу прошла международная конференция, посвящённая великому русскому флотоводцу Фёдору Ушакову. От Союза писателей России в этом важном мероприятии участвовали автор неоднократно переиздававшейся в серии «ЖЗЛ» книги об Ушакове Валерий Ганичев, который совсем недавно отпраздновал своё 84-летие, его дочь Марина Ганичева и сопредседатель Союза писателей Сергей Котькало (правда, что этот чиновник написал, никто не знает, как никто не знает и что он сделал в деле изучения и прославления Фёдора Ушакова).

  • 07/10/2017
    Скончалась супруга классика советской литературы
    Завершив все свои земные дела, 2 октября 2017 г., на 98-м году жизни, скончалась Людмила Владимировна Крутикова-Абрамова.
Архив: №38. 30 октября 2015 Назад

СКАЗКИ, ТРИПЫ, МИЯДЗАКИ

Главная проблема литературы в России – нет, не по Захару Маю: не в читателе – проблема в отсутствии хорошего новеллиста, рассказчика. Нет у нас такого человека, который бы в сжатом до предела тексте уместил бы целую вселенную, как Чехов. Нет и грозного новеллиста-сатирика класса Зощенко.


18Отсутствие новеллиста лишний раз показывают антологии рассказов, выпускаемые ведущими издательствами за последние годы: «Русские дети» (СПб.: Азбука-Аттикус), «Очарованный остров. Новые сказки об Италии» (М.: Corpus), «Десятка» (М.: AdMarginem) и т.д. Есть отдельные рассказы, но нет цельного новеллиста.

Или недавний пример – литературный номер журнала «Esquire»: четыре отличных рассказа (Рубанов, Старобинец, Носов и Драгунский) и полный провал остальных писателей.

Некоторые критики отчего-то называют лучшим рассказчиком нашего времени Дениса Драгунского – за что? За редкие удачи? Никто не отрицает его таланта, его природного гения, но этот талант и этот гений так глубоко скрыты под ехидностью, сарказмом, иронией и тонной микропрозы, что разглядеть их бывает крайне трудно.

Есть отдельно взятые удачи у молодых и у без пяти минут классиков. Есть, собственно, генералы от литературы, но без новеллистки. Есть писатели, которые могут всё: и романы, и рассказы, и стихами балуются – но это отдельный разговор.

Нет на горизонте новеллиста… Разве что Вадим Левенталь.

Казалось бы, его можно отнести к третьей категории – к тем, кто на все руки мастер. Ведь его первая книга – роман «Маша Регина», который снискал себе уважение коллег и критиков. Но появилась вторая книга – «Комната страха» (сборник рассказов), которая сразу попала в обзоры, получила пару невнятных рецензий, о ней писатель говорил в нескольких интервью – и всё как будто в пустоту: никакой конкретики, никакого цельного высказывания.

Постараемся исправить это положение.

Отчего у него получается такая проза, что Лев Данилкин, не скупясь на эпитеты, чуть ли не в стихах выводит: «У Левенталя слух зрелого поэта, лёгкие молотобойца и ум молодого математика». Нам далеко до поэтического мировосприятия Данилкина, но всё-таки и мы попробуем разобраться с «Комнатой страха».

Вадим Левенталь интересен не только сюжетными линиями своих рассказов, не только затрагиваемыми темами, но и с технической стороны, о которой вспоминаешь и которой любуешься, уже закрыв книгу и осмысливая прочитанное.

Может быть, всё дело в писательской политике? Те, кто стремится напечатать только что созданный материал, грешат недосмотром, могут проглядеть какие-то нелепости. А те, кто наоборот долгое время собираются с мыслями, готовят материал, выверяют каждое слово, – имеют большие шансы сделать добротную книгу.

Или – другой вариант – просто сказывается опыт работы Левенталя редактором.

Все рассказы в книге строятся по одному принципу: писатель берёт типичный для какого-то поджанра сюжет и пытается вывернуть его наизнанку. Готическая новелла оказывается сказкой. Рассказ, грозящий перейти в женский роман, оборачивается трешем. Идиллическое повествование о жизни советского ребёнка, которое мог бы написать, например, Вениамин Каверин, переходит сначала в страшную байку, которую рассказывают в пионерском лагере, потом – в современное фентези – и обратно к идиллическому повествованию.

Все эти метаморфозы завораживают. Переходы искусно спрятаны под живую плоть текста, поэтому, когда они происходят, возникает ощущение чуда, а не открытого перелома.

Важная особенность прозы Вадима Левенталя – полное отсутствие автобиографизма или очень тонкое его сокрытие. Когда молодые авторы берутся за прозу, стараются описывать свой опыт. Но, чтобы это было художественной литературой, надо быть и жить как Эдуард Лимонов или Андрей Рубанов. Иначе провал. Левенталь же полностью остранён от собственного «я» и от личных переживаний. Или умело маскирует всё это. Так или иначе, но проза его стоит особняком от иной современной литературы.

О каждом рассказе можно написать отдельную статью, но для этого необходимо обращаться к толстожурнальнай критике. Пока ограничимся небольшим обзором самого важного и самого заметного.

«Лапа Бога» – рассказ, открывающий сборник, начинается в духе прозы XIX века, плавно переходит в житие чудотворца, немного замаскированное, а потом и вовсе в детскую страшилку про юродивого, где всё нелогично, нелинейно, но «так надо».»Carmen Flandriae» – рассказ, который строго необходимо анимировать (умолчав пару сексуальных сцен): начинается как готическая новелла, вбирает в себя житие католического святого и оборачивается обычной сказкой. «Холм Яникул» – неожиданно сентиментальное путешествие в Рим, обрастающее вторым планом, благодаря философским размышлениям главного героя – океанолога. «Изгнание императора» – изначально дуалистичный мир, в котором обе истории переплетаются воедино и одновременно же разрешаются.

«Станция Крайняя» – казалось бы, типичныйнаркотрип, который переживает главная героиня.
В изменённом состоянии сознания она постоянно мучается вопросом: убила она со своей подругой человека или нет? Что произошло несколькими минутами раннее? Как мы сюда попали? Левенталь мастерски описывает это состояние.

У него в руках было всё, чтобы сделать пошлый рассказ. Среди употребляющих людей ходит шутка: каждый, впервые попробовавший какой-либо наркотик,стремится описать свой трип. Но чаще всего выходит ерунда. И поначалу создавалось ощущение, что «Станция Крайняя» – это результат употребления. Или прочтения битников и поздних контркультурных литературных отщепенцев. Ещё этот Амстердам – город-сказка для кислотных детей. Но Левенталь каким-то чудом умудряется сделать из такой второсортной темы отличный рассказ.

Во-первых, в типичных наркотрипах описываются маргиналы. В рассказе «Станция Крайняя» на первом плане две образованных девушки и далеко не «конченные» парни, употребляющие экстези и грибы. Во-вторых, у Левенталя вышел необычный финал. Как должен был закончиться типичный наркотрип? В притоне, в подворотне, в глубоком сне. А здесь автор провёл героиню через все эти локации, хотел поселить её в голландском сквоте, но в итоге вывел на улицу и растворил в городе. Так получился открытый финал: мы не знаем, что случилось с девушкой, мы можем только догадываться. Добралась ли она домой? Неважно. Трип закончен. Что ещё удивляет: финал рассказа оказывается туманным, а не само психоделическое путешествие. Хотя должно бы быть наоборот.

«Доля ангелов» – небольшая повесть, закрывающая книгу, выделяется на общем фоне неожиданно серьёзным тоном. А как по-другому, когда речь идёт о блокадном Ленинграде? Для петербуржцев это особая тема. И каждый уважающий себя писатель стремится с ней поработать. Вспоминается Герман Садулаев с рассказом «Блокада», вспоминаются отрывки прозы Андрея Аствацатурова.

Левенталь написал «Долю ангелов» в 2008 году, но такое ощущение, что повесть появилась недавно: в ней встречаются вопросы, муссируемые телевидением – стоило ли удерживать Ленинград или проще было сдать его немцам? Насколько неадекватным было поведение представителей официальной власти? И так далее.

Вопросы эти появлялись, видимо, и во время блокады, и после войны, и на рубеже 1980-1990-х с приходом гласности, и сегодня, благодаря телеканалу «Дождь». Левенталь собрал все эти вопросы по разным источникам, добавил мифы о блокаде и, наверное, семейную историю (повесть посвящена его родным), мастерски написал.

В современной прозе это, пожалуй, один из лучших текстов на эту болезненную и травматичную тему.

В книге есть сквозные герои, путешествующие из рассказа в рассказ, – это величественный и мистический Санкт-Петербург и безымянная старуха, сбежавшая то ли из «Преступления и наказания» Достоевского, то ли из «Ходячего замка» Хаяо Миядзаки. Именно из аниме Миядзаки, а не романа Дианы Уинн Джонс – потому что внешний облик в интерпретации японского режиссёра больше соответствует персонажу Левенталя. Особенно в рассказе ««Ча-ща» пиши с буквой кровь».

Единственное, что удивляет в книге, – её название. Когда берёшь в руки «Комнату страха», ожидаешь появления русского Эдгара По или продолжателя линий Николая Гоголя и Алексея Толстого. На деле читатель видит десяток крепких рассказов и одну добротную повесть – все тексты далеко не страшные, не пугающие, не наводящие холодок во время чтения. Очень разные, но имеющие одну общую особенность – гипнотически завораживать.

Такой эффект получается благодаря лаконичному слогу писателя и продуманным, постоянно сменяющимся сюжетным ходам. Пока внимание читателя пытается удержаться на волнах развития сюжета, под водой текста вершится главное.

И, кажется, Левенталь, если будет продолжать, через некоторое время и n-ое количество успехов займёт лидирующие позиции не только среди новеллистов (что у него получается лучше всего; где он уже сегодня может быть первым, не смотря на то, что это его первый сборник рассказов), но и среди современных русских прозаиков в принципе.

Олег ДЕМИДОВ

 


Вадим Левенталь «Комната страха». – АСТ: «Редакция Елены Шубиной», 2015.

 


Комментарии

Для комментирования данной статьи Вы можете авторизироваться при помощи социальных кнопок, а также указать свои данные или просто оставить анонимный комментарий

     

Комментарии  

# Ирина Яковлевна Горпенко 07.11.2015 08:05
Я благодарна автору за столь мощный ассоциативный ряд и грусть по отсутствующему лирику-новеллисту... Я этого мечтателя из "Белых ночей" Достоевского и "Дамы с собачкой" Чехова знаю... Артист, писатель, экскурсовод, который с 2013 года издал три книги за свой счёт, зарабатывая экскурсионной деятельностью... 34-летний волшебник, рассказчик, мечтатель... Он голодает, ютится на сдаваемых койках, проводит блестящие экскурсии, но главное - пишет... Первая книга - "Жизнь после мечты" (пьеса и киносценарии) вышла в 2013. Вторая - "Жизнь и мечта" (пьесы и рассказы) вышла в 2014. Третья - "Пьеса о Жене" появилась в конце октября 2015 года. А 1 ноября в Толстовском центре на улице Пятницкая в доме 12 состоялась презентация пьесы... Да, это случилось в трагические дни траура, но никто и ничем не был обманут или оскорблён... Музыка, текст, музыка... Новеллы-сказки Алексея Беклемышева вошли в русскую грустную жизнь нежно и печально, но навсегда...
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
# Садовский 30.10.2015 15:30
Олег Демидов и Вадим Левенталь - не только родственники, но и единомышленники.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать